Украина формально сделала шаг, который на первый взгляд должен выглядеть однозначно сильным и правильным: президент Владимир Зеленский подписал закон, вводящий уголовную ответственность за проявления антисемитизма. Для израильской аудитории сама новость звучит значимо. Любое государство, которое отдельно закрепляет защиту еврейской общины, обычно рассчитывает не только на внутренний эффект, но и на внешний сигнал — в адрес Израиля, еврейских организаций мира и европейских партнеров. Но в данном случае самое важное оказалось не в самом факте подписи, а в реакции человека, который десятилетиями наблюдает за этой темой изнутри украинской еврейской жизни. Именно поэтому интервью Йосифа Зисельса от 17 апреля 2026 заслуживает куда более внимательного чтения, чем сухая новость о новом законе.

Иосиф Самуилович Зисельс – украинский общественный деятель и диссидент еврейского происхождения, деятель украинского еврейского движения, исполнительный сопрезидент Ваада Украины, исполнительный вице-президент Конгресса национальных общин Украины.

В своем выступлении Зисельс не стал подыгрывать торжественной интонации.

Напротив, он фактически предложил жесткий и трезвый разбор: подписанная норма, по его оценке, выглядит скорее политическим и символическим актом, чем реально работающим инструментом защиты. Для Израиля это особенно важно, потому что в израильском восприятии подобные темы почти всегда рассматриваются через практический результат. Не просто приняли ли закон, а будет ли он работать, кого реально защитит, как изменится судебная практика и не превратится ли красивая формулировка в пустую декларацию.

Почему сама новость звучит громко, а содержательно вызывает вопросы

На уровне заголовков все выглядит просто: в Украине появилась отдельная уголовная ответственность за проявления антисемитизма.

Для внешнего наблюдателя это может выглядеть как признак зрелости государства, особенно на фоне войны, постоянного международного внимания и сложных дискуссий о памяти, идентичности и правах меньшинств. Но Зисельс в интервью сразу смещает фокус: проблема, по его словам, не в том, как закон звучит, а в том, насколько он юридически жизнеспособен.

Он напоминает, что речь идет не о принципиально новой системе защиты, а о дополнении уже существующей статьи Уголовного кодекса, которая и раньше касалась разжигания национальной, расовой и религиозной вражды. Теперь в текст были отдельно добавлены слова о проявлениях антисемитизма. Формально это делает защиту еврейской общины более явной. Но именно здесь и начинается главное сомнение: если базовая статья десятилетиями почти не работала как эффективный механизм, то почему одно новое уточнение должно внезапно изменить реальность.

Зисельс говорит об этом предельно прямо. По его мнению, норма остается слабой, юридически неубедительной и плохо приспособленной к реальному применению. Более того, он подчеркивает, что сама статья в ее нынешнем виде давно вызывает вопросы, а в Украине уже обсуждаются более широкие изменения в Криминальном кодексе, при которых существующая конструкция вообще может быть существенно пересмотрена. Иными словами, государство подписывает то, что в обозримом будущем может быть переписано заново.

Для израильского читателя это сразу вызывает понятную ассоциацию: если система готовится к ревизии, значит нынешний жест во многом рассчитан на моментальный политический эффект.

Почему Зисельс не считает Украину антисемитской страной

Это, возможно, самый важный и одновременно самый неудобный для громких заголовков тезис всего интервью.

Йосиф Зисельс фактически разрушает логику, в которой принятие такого закона автоматически трактуется как ответ на какую-то острую волну антисемитизма. Он говорит обратное: по его оценке, Украина сегодня не является антисемитской страной, а уровень антисемитских проявлений там минимален по европейским меркам.

Для Израиля этот тезис имеет особую ценность. В израильском публичном поле тема антисемитизма в Восточной Европе почти всегда обрастает эмоциональными и историческими слоями. Но если один из самых известных представителей еврейской общественной жизни Украины утверждает, что нынешняя Украина не несет репутации антисемитского государства, это нельзя игнорировать. Тем более что он подкрепляет свою позицию не только личной оценкой, но и ссылкой на многолетние социологические исследования, по которым евреи в Украине находятся в сравнительно благополучной зоне общественного восприятия.

Это не означает, что проблемы не существует вообще. Это означает другое: между реальной картиной и политическим оформлением темы есть заметный разрыв. Если уровень угрозы невысок, а закон подается как почти исторический шаг, возникает естественный вопрос — кому именно адресован этот сигнал. Украинскому обществу, где проблема не выглядит доминирующей? Европе? Израилю? Или всем сразу?

Израильский взгляд: это шаг навстречу еврейскому миру или политический жест

Для израильской аудитории тема интересна не только с точки зрения права. Здесь важен контекст отношений между Украиной, Израилем и глобальными еврейскими структурами.

В интервью Зисельс довольно холодно оценивает и этот возможный эффект. Он прямо говорит, что подписание закона, вероятнее всего, почти никак не изменит международный имидж Украины и не станет переломным моментом в ее диалоге с Израилем или мировыми еврейскими организациями.

Это звучит жестко, но логично. Израиль, как и большинство серьезных еврейских институтов, привык оценивать не жесты, а устойчивые тенденции. Если в Украине и без того уже давно не воспринимают антисемитизм как системную государственную линию, то отдельное уточнение в уголовной статье не произведет революции. Оно может быть отмечено, возможно, даже позитивно, но не станет фактором, который кардинально меняет отношение к стране.

Именно в этом месте возникает более широкий политический смысл. Для Киева сейчас крайне важно демонстрировать западному миру и особенно Европе, что Украина движется в сторону правового, инклюзивного, европейского государства. Такая демонстрация понятна. Но Зисельс предупреждает: проблема в том, что имитация движения в Европу и реальное приближение к европейским стандартам — не одно и то же. Подписать закон легко. Обеспечить его грамотную формулировку, прозрачное применение и доверие к институтам — намного труднее.

В этом смысле история с новым законом становится частью более крупного сюжета, который хорошо понимает израильская аудитория. Ближний Восток давно научил Израиль тому, что политическая символика может быть громкой, но именно правоприменение показывает, чего на самом деле стоит система. Когда государство заявляет о борьбе с ненавистью, главный вопрос всегда один: будет ли это работать одинаково для всех или останется витринной нормой.

Почему спешка и авторство закона тоже имеют значение

В интервью отдельно поднимается и тема происхождения самого законопроекта. Зисельс напоминает, что документ не новый: Верховная Рада приняла его еще в феврале 2022 года, а подписан он был только сейчас. Уже одно это делает историю странной. Если норма была настолько важна и принципиальна, почему она лежала без подписи несколько лет. Если же решающей необходимости не было, то почему именно теперь ее внезапно вытащили и оформили как актуальный шаг.

Сам Зисельс выдвигает несколько возможных объяснений: календарный момент, Песах, контакты президента с религиозными представителями, общий внешний фон. Но главное в другом. Он не воспринимает это как результат глубокой продуманной реформы. Скорее, как поспешный и во многом популистский шаг, который удобно предъявить во внешней коммуникации.

Здесь же появляется еще один чувствительный элемент — фигура автора законопроекта, депутата Максима Бужанского. В интервью эта фамилия упоминается в явно негативном контексте. Для израильского читателя это важно не столько из-за самой личности, сколько из-за принципа: доверие к законодательной инициативе зависит не только от текста, но и от политической репутации тех, кто ее продвигает.

Если закон о столь тонкой теме связан с фигурой, которая в украинском обществе воспринимается спорно, это автоматически снижает доверие к мотивам всей истории.

И вот здесь НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency видит один из ключевых узлов всей темы: закон о борьбе с антисемитизмом может быть морально правильной идеей, но в политически перегруженной среде даже правильная идея легко превращается в инструмент пиара, демонстрации лояльности Западу или внутриполитического маневра. Для еврейской аудитории Израиля это не абстракция, а понятная и знакомая логика: слова власти всегда нужно проверять тем, как именно и против кого они потом применяются.

Что на самом деле важно для еврейской общины и для отношений Израиля с Украиной

Если убрать политический шум, то останется самый существенный вопрос: что действительно делает жизнь еврейской общины безопаснее. И здесь интервью Зисельса дает ответ, который выглядит почти антиклимаксом для сторонников громких новостей. По сути он говорит, что ключ не в новых словах в кодексе, а в работающем верховенстве права, в институциональном доверии и в способности государства применять нормы последовательно, а не выборочно.

Это особенно важно на фоне войны. Украина живет в условиях колоссального давления, и значительная часть государственного и общественного ресурса объективно направлена на сопротивление России.

В таких условиях любые дополнительные законодательные инициативы могут либо стать частью реальной правовой модернизации, либо раствориться в политическом шуме. Зисельс скорее склоняется ко второму варианту. Он даже допускает, что подобные расплывчатые нормы могут использоваться не только по прямому назначению, но и как инструмент давления на оппонентов. Для любой демократии это тревожный сигнал.

С израильской точки зрения здесь есть и более глубокий вывод. Реальная ценность Украины для еврейского мира сегодня определяется не тем, сколько раз в ее законах отдельно упомянут антисемитизм, а тем, остается ли страна пространством, где еврейская жизнь воспринимается как нормальная часть общества, где память о еврейской истории не вытесняется, а еврейские организации могут свободно работать. Именно это, а не символический жест сам по себе, формирует долгосрочное отношение.

Что это означает для израильского читателя прямо сейчас

Израильской аудитории не стоит воспринимать эту новость в черно-белой оптике.

Это не история о том, что Украина вдруг стала образцовым государством в вопросах борьбы с антисемитизмом. Но и не история о том, что происходит нечто тревожно антисемитское, требующее экстренной реакции. Скорее это пример того, как на пересечении войны, политики, международного имиджа и темы исторической чувствительности появляется решение, которое красиво смотрится в официальной повестке, но вызывает вопросы у опытных представителей самой еврейской общины Украины.

Для Израиля в этом есть полезный урок. В отношениях с Украиной важно сохранять сразу две оптики. Первая — уважение к реальности, в которой Украина действительно не выглядит сегодня страной с выраженной антисемитской атмосферой, по крайней мере в том виде, как это часто рисует российская пропаганда. Вторая — осторожность к слишком удобным политическим жестам, которые хотят быстро конвертировать в моральный капитал на международной арене.

Именно поэтому интервью Йосифа Зисельса интересно не как комментарий к одной узкой правовой поправке.

Оно интересно как тест на зрелость разговора о еврейской теме в Украине. Не через лозунг, не через пафос, не через автоматическую похвалу власти, а через неприятный, но необходимый вопрос: закон приняли — а что реально изменится после этого завтра, через месяц и через год. В израильской политической культуре этот вопрос всегда был главным. И именно он здесь остается без окончательного ответа.

…
Йосиф Зисельс, исполнительный сопрезидент Ваада Украины, раскритиковал закон об антисемитизме: почему новый шаг Киева вызвал вопросы - 20 апреля, 2026 - Новости Израиля

Россия удивлена реакцией «Яд Вашема» и требует предотвратить «пандемию фашизма», сообщает НАновости. - 20 апреля, 2026 - Новости Израиля

Во Львове волонтеры восстановили еврейское кладбище, что важно для сохранения памяти, истории Украины и еврейской культуры. - 20 апреля, 2026 - Новости Израиля