24 апреля 2026 года вокруг Венецианской биеннале разгорелся новый политический скандал: международное жюри 61-й выставки современного искусства заявило, что не будет рассматривать Россию и Израиль среди претендентов на главные награды — «Золотого льва» и «Серебряного льва». При этом национальные павильоны обеих стран остаются в программе выставки, открытие которой запланировано на 9 мая 2026 года.

Формально решение жюри объясняется ссылкой на Международный уголовный суд и обвинения, связанные с лидерами этих государств.

На практике же речь идет о намного более широкой истории: крупная художественная площадка снова оказалась в центре спора о войне, ответственности, бойкоте, свободе искусства и границах политического давления.

Для израильской аудитории эта тема особенно чувствительна. Израиль в данном случае оказался поставлен в один ряд с Россией — страной, которая ведет полномасштабную войну против Украины и использует культуру как часть внешнеполитического присутствия.

Такое соседство уже само по себе вызывает вопросы: где проходит грань между юридической формулой, политическим жестом и моральной подменой?

Что решила Венецианская биеннале

Жюри Венецианской биеннале заявило, что воздержится от рассмотрения стран, лидеры которых, по формулировке международных сообщений, фигурируют в делах Международного уголовного суда. В результате из конкурсной гонки за ключевые награды фактически выведены Россия и Израиль.

Важно: это не означает исключение павильонов из выставки.

Россия и Израиль смогут представить свои проекты, зрители смогут их увидеть, но жюри не будет рассматривать эти работы как возможных лауреатов главных призов. То есть биеннале выбрала промежуточную модель: не запретить участие, но ограничить символическое признание.

Почему это выглядит как компромисс

Организаторы биеннале подчеркивают, что международное жюри действует автономно и самостоятельно определяет лауреатов. Пресс-служба выставки отдельно указала, что организация не вмешивается в решения жюри и одновременно не берет на себя право запрещать участие национальных павильонов признанных государств.

Именно здесь возникает главный конфликт.

С одной стороны, биеннале пытается сохранить статус открытой международной площадки. С другой — жюри фактически вводит политико-этический фильтр, который влияет на итоговую иерархию выставки. Павильоны остаются, но полноценного участия в гонке за престижные награды уже нет.

Для искусства это не техническая деталь. «Золотой лев» Венецианской биеннале — не просто премия, а знак глобального признания. Отстранение от наград не закрывает двери павильона, но меняет статус страны внутри события.

Россия, Израиль и разная природа обвинений

В украинском и европейском контексте главный фокус сейчас направлен прежде всего на российский павильон. После полномасштабного вторжения России в Украину участие Москвы в крупных культурных событиях стало восприниматься не как «обычная культура», а как вопрос политической нормализации режима, ответственного за войну, разрушение городов, удары по гражданской инфраструктуре и уничтожение украинского культурного наследия.

Россия не участвовала в выставке 2024 года, а ее возвращение в 2026-м вызвало резкую реакцию со стороны Евросоюза, Украины, стран Балтии, Финляндии и большого числа деятелей культуры. Associated Press сообщает, что ЕС уже объявил о сокращении гранта на 2 млн евро для Венецианской биеннале из-за возвращения российского павильона.

С Израилем ситуация другая, но не менее политизированная. Решение жюри связано с международной критикой действий Израиля в Газе и ордером МУС в отношении премьер-министра Биньямина Нетаньяху. Однако для израильского общества такая постановка вопроса воспринимается особенно болезненно: Израиль ведет войну после нападения ХАМАС 7 октября 2023 года, а угроза со стороны Ирана, «Хизбаллы» и других прокси-групп остается частью реальной безопасности страны.

Почему сравнение Израиля и России вызывает раздражение

Для многих в Израиле и в еврейской диаспоре сама связка «Россия и Израиль» в одном решении выглядит проблемной. Россия является агрессором в войне против Украины. Израиль, каким бы жестким ни был международный спор вокруг его действий в Газе, рассматривает свою войну как борьбу с террористической инфраструктурой после крупнейшего нападения на евреев со времен Холокоста.

Это не отменяет споров о праве, гуманитарных последствиях и ответственности политического руководства.

Но механическое объединение двух стран в одной формуле создает ощущение морального уравнивания, которое само по себе становится политическим заявлением. Именно поэтому решение жюри будет обсуждаться не только в культурных кругах, но и в дипломатическом, еврейском, украинском и израильском контексте.

В этом смысле НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency обращает внимание на ключевую деталь: биеннале не просто оценивает искусство, а фактически участвует в глобальном споре о том, кого международные институции считают допустимым собеседником, кого — проблемным участником, а кого — символом недопустимого возвращения к нормальности.

Международная реакция: давление на биеннале усиливается

Евросоюз ударил по финансированию

Самый серьезный практический шаг пока связан именно с Россией. Еврокомиссия резко осудила решение допустить российский павильон и заявила о сокращении гранта на 2 млн евро, рассчитанного на трехлетний период. По данным AP, биеннале получила 30 дней, чтобы обосновать свою позицию по участию России.

Это важный сигнал: спор вышел за пределы культурной дискуссии.

Если раньше речь шла о письмах, заявлениях и публичном давлении, теперь вопрос перешел в плоскость денег, договоров и институциональной ответственности. Евросоюз фактически говорит: если площадка дает сцену российскому государственному присутствию, она не может рассчитывать на прежний уровень европейской поддержки.

Латвия, Финляндия, Украина и протесты художников

Латвия заявила о бойкоте открытия биеннале 9 мая, Финляндия ограничивает формат участия при сохранении российского павильона, а главы министерств культуры и иностранных дел 22 стран выступили против возвращения России на выставку. Европейские и украинские представители связывают это не с цензурой, а с невозможностью делать вид, что российское государство остается обычным культурным участником после войны против Украины.

Украина также обратилась к Италии с просьбой не выдавать визы российским участникам, связанным с павильоном. По словам министра иностранных дел Андрея Сибиги, Киев уже ввел санкции против отдельных лиц, причастных к организации российского участия, и ожидает соответствующих решений от страны-организатора.

Отдельное давление идет со стороны художников. Более 70 участников обратились к руководству биеннале с протестом против участия Израиля, России и США. Это показывает, что внутри художественной среды нет единой линии: одни требуют исключений и бойкотов, другие считают, что искусство должно оставаться пространством диалога даже в самые тяжелые периоды.

Как отвечают организаторы и Италия

Венецианская биеннале настаивает, что не нарушила правил и не имеет полномочий запрещать участие стране, признанной Итальянской Республикой. Организаторы также указывают, что российский павильон в садах Джардини исторически принадлежит России, и для участия Москва должна была уведомить фонд о намерении открыть экспозицию.

В Италии реакция тоже неоднородная.

Министр культуры Италии Алессандро Джули, по сообщениям, дистанцировался от посещения Центрального павильона и выбрал поездку во Львов — символический жест в сторону Украины. В то же время вице-премьер Маттео Сальвини раскритиковал давление Брюсселя, а президент региона Венето Альберто Стефани назвал действия ЕС неприемлемыми, утверждая, что искусство должно создавать пространство для культурного диалога.

Россия, как обычно, представила ситуацию как атаку Запада на культуру. Представитель МИД РФ Мария Захарова назвала возможное сокращение финансирования «шагом назад» и обвинила Запад в «антикультуре». Для Москвы это удобная рамка: вместо разговора о войне против Украины — разговор о якобы ущемленной культуре.

Но именно это и является частью проблемы. Российское государство годами использует культурные площадки как мягкую силу, а затем требует отделять искусство от политики в тот момент, когда политика становится неудобной.

Что это значит для Израиля

Для Израиля решение жюри Венецианской биеннале — неприятный сигнал. Оно показывает, что международные культурные институции все чаще переходят от универсальных художественных критериев к политическим ограничениям, причем эти ограничения могут применяться в очень широких и спорных связках.

Израильский павильон остается на выставке. Это важно.

Но исключение из борьбы за награды означает, что даже при формальном присутствии страна сталкивается с символическим бойкотом. Такая модель может повторяться и на других международных площадках: не полный запрет, не прямое исключение, а понижение статуса через решения жюри, кураторов, фондов и партнеров.

Для Украины главный вопрос — не допустить нормализации российского присутствия. Для Израиля — не позволить, чтобы война против террористических организаций автоматически переводилась в ту же моральную категорию, что и агрессивная война России против Украины.

Именно в этой развилке и находится нынешняя Венецианская биеннале.

Формально это выставка современного искусства. По сути — зеркало международной политики 2026 года, где павильоны, награды, гранты и бойкоты стали языком дипломатии.

…
Венецианская биеннале оставила Россию и Израиль на выставке, но вывела их из борьбы за главные награды - 24 апреля, 2026 - Новости Израиля

ПВО и ПРО Украины и Израиля сбивают около 90% целей, но абсолютной защиты не существует - 24 апреля, 2026 - Новости Израиля

Украинский генерал объяснил, что «аналог Железного купола» не решит всех проблем, и для защиты неба нужны более комплексные меры. - 24 апреля, 2026 - Новости Израиля